Вторая чеченская война


30 сентября 1999 года первые подразделения российской армии вошли на территорию Чечни. Вторая чеченская война или — официально — контртеррористическая операция — длилась почти десять лет, с 1999 по 2009 год. Ее началу предшествовали нападение боевиков Шамиля Басаева и Хаттаба на Дагестан и серия терактов в Буйнакске, Волгодонске и Москве, произошедшие с 4 по 16 сентября 1999 года.

Война в Чечне
Открыть в полном размере

Россию потрясла серия чудовищных терактов в 1999. В ночь на 4 сентября был взорван дом в военном городке Буйнакске (Дагестан). Погибли 64 и были ранены 146 человек. Само по себе это ужасное преступление не могло всколыхнуть страну, подобные прецеденты на Северном Кавказе стали уже привычным явлением за последние годы. Но дальнейшие события показали, что теперь жители ни одного российского города, включая столицу, не могут чувствовать себя в полной безопасности. Следующие взрывы прогремели уже в Москве. В ночь с 9 на 10 сентября и 13 сентября (в 5 часов утра) взлетели на воздух вместе со спящими жителями 2 многоквартирных дома, расположенных на ул. Гурьянова (погибли 109 человек, более 200 получили ранения) и на Каширском шоссе (погибло больше 124 человек). Ещё один взрыв произошёл в центре Волгодонска (Ростовская область), здесь 17 человек погибло, 310 получили ранения и травмы. Согласно официальной версии, теракты были осуществлены террористами, прошедшими подготовку в диверсионных лагерях Хаттаба на территории Чечни.

Эти события резко изменили настроения в обществе. Обыватель, столкнувшийся с невиданной доселе угрозой, готов был поддержать любые силовые действия в отношении отделившейся республики. К сожалению, мало кто обратил внимание на то, что теракты сами по себе стали показателем крупнейшего провала российских спецслужб, не сумевших их предотвратить. Кроме того, трудно полностью исключить версию и о причастности к взрывам ФСБ, особенно после таинственных событий в Рязани. Здесь вечером 22 сентября 1999 г. в подвале одного из домов были обнаружены мешки с гексогеном и детонатором. 24 сентября местными чекистами были задержаны двое подозреваемых, и выяснилось, что они – действующие сотрудники ФСБ из Москвы. Лубянка срочно объявила о «проводившихся антитеррористических учениях», а последующие попытки независимого расследования данных событий были пресечены властью.

Независимо от того, кто стоял за произошедшим массовым убийством российских граждан, Кремль использовал произошедшие события по полной программе. Теперь речь шла уже не о защите собственно российской территории на Северном Кавказе и даже не о блокаде Чечни, подкрепляемой уже начавшимися бомбардировками. Российское руководство с некоторым запозданием начало реализовывать подготовленный ещё в марте 1999 г. план очередного вторжения в «мятежную республику».

1 октября 1999 г. федеральные силы вступили на территорию республики. Северные районы (Наурский, Шелковской и Надтеречный) были заняты практически без боя. Российское руководство приняло решение не останавливаться на Тереке (как планировалось первоначально), а продолжить наступление по равнинной части Чечни. На этом этапе, во избежание крупных потерь (которые могли обрушить рейтинг ельцинского «преемника») основная ставка была сделана на использование тяжёлых вооружений, что позволяло федеральным силам избегать контактных боёв. В дополнение к этому российское командование использовало тактику переговоров с местными старейшинами и полевыми командирами. От первых добивались ухода чеченских отрядов из населённых пунктов, угрожая, в противном случае, массированными авиационными и артиллерийскими ударами. Вторым предлагали перейти на сторону России и совместно бороться с ваххабитами. Кое-где эта тактика приносила успех. Командующий группировкой «Восток» генерал Г.Трошев 12 ноября без боя занял Гудермес, второй по величине город республики, местные полевые командиры братья Ямадаевы (двое из трёх) перешли на сторону федеральных сил. А командовавший группировкой «Запад» В.Шаманов отдавал предпочтение силовым методам разрешения возникавших проблем. Так село Бамут в результате ноябрьского штурма было полностью разрушено, но райцентр Ачхой-Мартан российские подразделения заняли уже без боя.

Метод «кнута и пряника», применяемый федеральной группировкой, безотказно работал ещё по одной причине. В равнинной части республики возможности обороны для чеченской армии были крайне ограниченны. Ш.Басаев, прекрасно осознавал преимущество российской стороны в огневой мощи. В связи с этим, он отстаивал вариант отхода чеченской армии в южные горные районы республики. Здесь, федеральные силы, лишённые поддержки бронетехники и ограниченные в применении авиации, неминуемо столкнулись бы с перспективой контактных боёв, которых российское командование упорно старалось избегать. Противником данного плана был чеченский президент А.Масхадов. Продолжая призывать Кремль к мирным переговорам, он не желал в то же время сдавать столицу республики без боя. Будучи идеалистом, А.Масхадов полагал, что крупные единовременные потери при штурме Грозного вынудят российское руководство начать мирные переговоры.

В первой половине декабря федеральные силы заняли практически всю равнинную часть республики. Чеченские отряды сконцентрировались в горных районах, но довольно крупный гарнизон продолжал удерживать Грозный, который в ходе упорных и кровопролитных боев был захвачен российскими войсками в начале 2000 года. На этом активная фаза войны закончилась. Дальнейшие годы российски спецподразделения совместно с местными лояльными силами занимались зачисткой территорий Чечни и Дагестана от оставшихся банд формирований.

Проблема статуса Чеченской республики к 2003–2004гг. уходит из актуальной политической повестки: республика возвращается в политико-правовое пространство России, занимает свои позиции в качестве субъекта Российской Федерации, с избранными органами власти и процедурно одобренной республиканской Конституцией. Сомнения в правовой полноценности этих процедур вряд ли могут серьезно изменить их итоги, которые в решающей степени зависят от способности федеральных и республиканских властей обеспечить необратимость перехода Чечни к проблемам и заботам мирной жизни. Две серьезные угрозы сохраняются в рамках такого перехода: (а) неизбирательное насилие со стороны федеральных сил, вновь привязывающее симпатии чеченского населения к ячейкам/практике террористического сопротивления и усиливающее, тем самым, опасный «оккупационный эффект» — эффект отчуждения между [Россией] и [чеченцами] как «сторонами конфликта»; и (б) становление в республике закрытого авторитарного режима, легитимированного и защищенного федеральными инстанциями и отчужденного от широких слоев/территориальных или тейповых групп чеченского населения. Эти две угрозы способны культивировать в Чечне почву для возвращения массовых иллюзий и действий, связанных с отделением республики от России.

Главой республики становится перешедший на сторону России муфтий Чечни Ахмат Кадыров, погибший 9 мая 2004 года в результате теракта. Его преемником стал сын – Рамзан Кадыров.

Постепенно, с прекращением зарубежного финансирования и гибелью лидеров подполья, активность боевиков снизилась. Федеральный центр направил и направляет на помощь и восстановление мирной жизни в Чечне крупные денежные средства. В Чечне на постоянной основе дислоцируются подразделения министерства обороны и внутренних войск МВД, поддерживающие порядок в республике. Останутся ли войска МВД в Чечне после отмены КТО пока не ясно.

Оценивая сегодняшнюю ситуацию можно сказать, что борьба с сепаратизмом в Чечне успешно завершилась. Однако победу нельзя назвать окончательной. Северный Кавказ представляет собой достаточно беспокойный регион, в котором действуют различные, как местные, так и поддерживаемые из-за рубежа силы, стремящиеся раздуть пожар нового конфликта, так что до окончательной стабилизации положения в регионе еще далеко.

©ncau.ru
создано на основе открытых данных в интернете

Еще по теме:

Пожалуйста, оцените публикацию
  1. 5
  2. 4
  3. 3
  4. 2
  5. 1
(7 голосов, в среднем: 5 из 5)
✅ Уведомление о новых статьях
➡ Новости Северного Кавказа

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.