Битва за Кавказ. Операция “Эдельвейс”

Серия статей, посвященная сражениям за Кавказ во время Великой отечественной войны (1941-1945):

Битва за Северный Кавказ во время Второй мировой войны
Открыть в полном размере

Начало операции «Эдельвейс»

Значение Кавказа для Советского Союза трудно переоценить. Грозненские, майкопские и бакинские нефтеносные районы обеспечивали порядка 90% добычи нефти в СССР. Также регион располагал стратегически важными для военной промышленности месторождениями вольфрамомолибденовых руд, а с потерей украинских черноземов возросло значение Кубани и Кавказа в обеспечении страны продовольствием, особенно зерном. После утраты Севастополя порты Поти, Сухуми и Батуми стали основными базами Черноморского флота, Азовской и Каспийской флотилий. Важность этого региона также была связана с тем, что через советско-иранскую границу шло около половины поставок по ленд-лизу. Таким образом, утрата Кавказа могла фатально повлиять на исход не только Великой Отечественной, но и всей Второй Мировой войны.

К концу весны 1942 года военно-стратегическое положение наших войск на южном фасе советско-германского фронта резко ухудшилось. Захваченная после разгрома немцев под Москвой инициатива была утрачена с провалом Харьковской наступательной операции. Армии Южного и Юго-Западного фронтов были крайне ослаблены. Сложившееся положение позволило Гитлеру вернуться к планам по захвату Кавказа и Закавказья, не реализованных в 1941 году. Новый план по захвату региона получил кодовое название «Эдельвейс».

Основные задачи этой операции были отражены в директиве №45, подписанной Гитлером 23 июля 1942 года, а именно: захват всего восточного побережья Черного моря и черноморских портов, ликвидация Черноморского флота, захват месторождений нефти Грозного и Майкопа. Далее операция предполагала продвижение войск в Закавказье и захват Бакинских нефтяных месторождений. Для этих целей группа армий «Юг» разделилась на группы «А» и «Б». Группа армий «А» должна была осуществить операцию «Эдельвейс», перед группой армий «Б» ставилась задача нанести удар в направлении на Сталинград и далее на Астрахань (операция «Цапля»), с целью прикрытия с севера группы «А» и захвата всех транспортных путей между южными и центральными районами СССР.

Войска Красной Армии в рамках противодействия замыслам немецкого командования начали Кавказскую оборонительную операцию. К началу немецкого наступления группа армий «А» под командованием генерала-фельдмаршала Листа существенно превосходила советские силы в численности солдат и офицеров, а особенно, в численности танков, орудий, минометов и самолетов. Соотношение сил не в пользу СССР было определено как серьезными потерями в ходе Харьковской операции, так и умелыми действиями разведки и контрразведки Вермахта, сумевшей убедить советское военное руководство в том, что главным театром военных действий на 1942 год станет московское направление, где и были сосредоточены основные силы Красной Армии. Кроме того, возможность усиления нашей группировки на данном участке фронта была сильно ограничена: 27 турецких дивизий, развернутых на советско-турецкой границе, вынуждали держать там значительные силы; вероятность агрессии Японии, сковывала мощную группировку на Дальнем Востоке.

Немцам же, наоборот, в отсутствие второго фронта удалось значительно усилить свою южную группировку за счет румынских, словацких и итальянских дивизий. В такой крайне сложной для нашей страны обстановке начиналась битва за Кавказ. После утраты Ростова-на-Дону 23 июля 1942 года армии Южного фронта отошли на левый берег Дона и заняли рубежи от станицы Верхнекурмоярская до устья Дона. Стремительность немецкого наступления не позволила должным образом подготовить оборонительную линию по реке Дон, приказ о ее создании был отдан Ставкой Верховного главнокомандования лишь 11 июля 1942 года.

25 июля 1942 года немцы начали операцию «Эдельвейс». Вся мощь группы армий «А» обрушилась на Южный фронт. Превосходство немецких войск в танках, орудиях и авиации было подавляющим. Недостаток зенитной артиллерии и авиации позволил немецкой авиации практически безнаказанно бомбить наши войска. Уже в первый день наступления немцы прорвали нашу оборону в полосе 18-й армии, которой командовал генерал Камков. 26 июля, получив две дивизии в качестве подкрепления, войска 18-й и 37-й армий попытались контрударом вернуть утраченные позиции. Контрнаступление завершилось провалом и еще больше осложнило положение Красной Армии на данном участке фронта.

С прорывом немецких таковых дивизий 27 июля в район Сальска над Южным фронтом нависла угроза рассечения. В ночь на 28 июля наши войска начали отвод войск в район реки Кагальник и Манычского канала. К сожалению, организованное отступление не удалось. Немецкая авиация непрерывными авиаударами окончательно поломала оборонительные порядки наших армий, связь со многими частями была утрачена. Фактически, Южный фронт прекратил свое существование. Почти без сопротивления немецкие части начали форсирование Дона по всей полосе наступления.

28 июля решением Ставки Верховного главнокомандования оставшиеся соединения Южного фронта были объединены с войсками Северо-Кавказского фронта под командованием маршала С.М.Буденного. Вновь образованный фронт был разделен на две оперативные группы. Донская группа (51-я армия, 37-я армия, 12-я армия и 4-я воздушная армия) под командованием Р.Я.Малиновского должна была прикрывать ставропольское направление. Приморская группа (18-я армия, 56-я армия, 47-я армия, 1-й стрелковый корпус, 17-й кавалерийский корпус и 5-я воздушная армия при поддержке Азовской военной флотилии) под началом генерал-полковника Я.Т.Черевиченко обороняла краснодарское направление. Советское военное руководство понимало, что на степных просторах остановить танковые группы противника будет крайне сложно. В районах Нальчика и Грозного началось сооружение укрепрайонов. Из состава фронта туда были направлены 9-я и 24-я армии. 51-я армия была передана в состав Сталинградского фронта. Все эти меры были призваны улучшить управление фронтом, который растянулся почти на тысячу километров. Одновременно войска Закавказского фронта получили задачу занять и подготовить к обороне подступы к Кавказскому хребту с севера.

31 июля, посчитав, что советский фронт на кавказском направлении окончательно развален, Гитлер принял решение перебросить под Сталинград всю 4-ю танковую армию генерал-полковника Гота. На кавказском направлении был оставлен лишь один танковый корпус из 4-й армии. Этот маневр значительно ослабил наступательный потенциал группы армий «А», но превосходство немецких войск в технике оставалось огромным и армии Вермахта стремительно продвигались к Кавказу. Предвкушая скорую победу на кавказском фронте, Гитлер создал специальные картели для восстановления и дальнейшей разработки месторождений советской нефти. Среди немецких компаний распределялись концессии на право добычи сырья, а авиации запрещалось бомбить нефтеносные районы.

В то же время советское руководство принимало все возможные меры, чтобы не допустить утраты Кавказа и Закавказья. Вместе с военными мероприятиями осуществлялась массовая эвакуация всего ценного оборудования, особенно с нефтяных скважин и заводов по переработке нефти. Сырую нефть вывозили подальше от линии фронта, на Грозненские перерабатывающие заводы. Все, что невозможно было вывезти, готовилось к уничтожению. Вместе с оборудованием вывозились лошади, зерно, крупный рогаты скот — немцам не должно было достаться ничего. Одновременно среди населения проводилась обширная агитационная и разъяснительная работа, в городах формировались партизанские группы и отряды ополченцев, в станицах — казачьи подразделения.

В конце июля стало понятно, что на открытой степной местности организовать серьезную оборону не удастся. Единственно возможным решением в такой обстановке было, сохраняя порядок, с боями отходить к рекам Кубань и Терек и изматывать противника в оборонительных боях. 1 августа на просьбу командующего Ставропольским гарнизоном усилить оборону города, Буденный ответил: «… оборонять Ворошиловск надо, но сил недостаточно…» 2 августа немцы возобновили наступление на обоих направлениях.

Донская оперативная группа отходила за Кубань. Вклинившись между двумя группами Северо-Кавказского фронта, 3 августа враг подошел к Ставрополю (тогда Ворошиловску). Оставшийся немногочисленный гарнизон города почти без боеприпасов и артиллерии пытался хотя бы ненадолго остановить немецкое наступление, давая время основным силам закрепиться на новых рубежах обороны. В городе завязались ожесточенные уличные бои, но силы были слишком не равны. К вечеру того же дня город пал.
Из доклада от 3 августа 1942 года, полученного командующим войсками Северо-Кавказского военного округа генерал-лейтенантом Курдюмовым: «… 3 августа противник занял город Ворошиловск. Город оборонялся 15-м запасным полком — всего 500 человек и 26-м мотоциклетным полком — 200 человек… Остатки 15-го и 26-го полков в количестве 300 человек к 22 часам отошли к с. Темнолесскому. Люди вооружены только винтовками, больше никакого вооружения нет…»

После захвата Ставрополя немцы приостановили наступление на юго-восточном направлении. Несмотря на утрату города, полной победы, то есть уничтожения Донской группировки, немецким войскам добиться не удалось. 37-я армия оторвалась от противника и к 5 августа отошла за реки Калаус и Янкуль, 12-я армия в то же время с боями отошла к реке Кубань.

На Краснодарском направлении, где оборонялась Приморская группа Северо-Кавказского фронта, складывалась не менее тяжелая обстановка. Особо ожесточенные бои шли за станицу Кущевская, которая трижды переходила из рук в руки. Казаки 17-го кавалерийского корпуса под командованием генерал-лейтенанта Н.Я.Кириченко смогли серьезно нарушить планы немецкого командования. Заняв круговую оборону вокруг станицы Шкуринской, кавалеристы вынудили немцев изменить направление удара.

Командование Вермахта, идя в обход 17-го кавалерийского корпуса, сосредоточило силы против 18-й и 12-й армий Приморской группы. 6 августа из района Ворошиловска (Ставрополя) силами 1-й танковой армии немецкие войска начали наступление на Армавир, и, двигаясь в направлении к Майкопу и далее до Туапсе, должны были выйти к черноморскому побережью. В тот же день 17-я армия Вермахта нанесла удар и на краснодарском направлении с целью выйти к Новороссийску.

7 августа Армавир пал. 10 августа немцы ворвались в Майкоп, надеясь захватить горючее и нефть. Ни того ни другого в городе уже не было. Все запасы сырья были вывезены или сожжены, скважины забиты, нефтеперегонные заводы взорваны или эвакуированы.

Далее 1-я немецкая танковая армия попыталась прорваться к Туапсе, но была остановлена силами 12-й и 18-й армий и подоспевшими казаками на рубеже Самурская — Хадыженская — Ключевая.

Позже Ставка Верховного главнокомандования указала Буденному: «Добейтесь того, чтобы все наши войска действовали так, как 17-й кавкорпус».

В то же время в районе Краснодара разгорались ожесточенные бои. Краснодарский оборонительный рубеж подготовлен не был, часть подразделений оказалась вообще без боеприпасов, и войска были выведены за реку Кубань. Оставшиеся части вплоть до 12 августа вели ожесточенные уличные бои. Только по прямому приказу командования последние подразделения отошли за Кубань, взорвав за собой Пашковскую переправу. 12 августа Краснодар пал.
В то же время Азовская флотилия, оставив свои базы в Ейске, была перебазирована в Темрюк для прикрытия Новороссийска. 17 августа, не получив майкопской нефти и не сумев прорваться к Туапсе, группа армий «А» временно прекратила активные боевые действия. Немецкие силы стали испытывать серьезные проблемы со снабжением.

Из воспоминаний генерала пехоты Курта фон Типельскирха: «… 8 августа был захвачен район Майкопа — первый, самый маленький и основательно разрушенный русскими нефтяной район. Одновременно два танковых корпуса севернее среднего течения Кубани повернули на юго-восток, чтобы продвигаться к более важной цели — району Грозного. Однако еще во время этого продвижения возникли первые трудности со снабжением войск, которые затем стали хроническими и постепенно превратились в настоящее бедствие. Иногда острая нехватка горючего даже вынуждала доставлять его по воздуху. Коммуникации настолько удлинились, что автоколонны, подвозившие горючее, сами расходовали в пути большую часть своего груза. Иногда дело доходило до парадокса: для транспортировки горючего использовались караваны верблюдов. Когда наступавшие на Грозный подвижные соединения 9 августа достигли Пятигорска, им пришлось несколько недель ожидать там горючего, а тем временем русские стягивали новые силы и усиливали свою авиацию…»

С 25 июля по 17 августа противник смог продвинуться на 600 км, однако своей основной цели — разгрома наших армий и прорыва в Закавказье — достичь не смог.


©ncau.ru
создано на основе открытых данных в интернете

Серия статей, посвященная сражениям за Кавказ во время Великой отечественной войны (1941-1945):

Еще по теме:

Битва за Северный Кавказ во время Второй мировой войны

Серия статей, посвященная сражениям за Кавказ во время Великой отечественной войны (1941-1945):

Битва за Кавказ (25 июля 1942 — 9 октября 1943) — сражение вооружённых сил нацистской Германии, Румынии и Словакии против СССР во время Великой Отечественной войны за контроль над Кавказом. Сражение делится на два этапа: наступление немецких войск (25 июля —31 декабря 1942) и контрнаступление советских войск (1 января — 9 октября 1943). Осенью 1942 немецкие войска заняли большую часть Кубани и Северного Кавказа, однако после поражения под Сталинградом были вынуждены отступить из-за угрозы окружения.

В 1943 советскому командованию не удалось ни запереть немецкие части на Кубани, ни нанести им решительного поражения: танковые части вермахта (1-я танковая армия) были выведены с Кубани на Украину в январе 1943, а пехотные (17-я армия) были вывезены с Таманскогополуострова в Крым в октябре того же года. В 1943—1944 гг. карачаевцы, калмыки, чеченцы, ингуши и балкарцы были обвинены в коллаборационизме и депортированы в Сибирь и Казахстан.

Баку и Северный Кавказ были основным источником нефти для всей экономики СССР. После потери Украины резко выросло значение Кавказа и Кубани как источника зерна. Здесь же находились запасы стратегического сырья, например: Тырныаузское месторождение вольфрамо-молибденовой руды. Потеря Кавказа могла бы оказать заметное влияние на общий ход войны против СССР, поэтому Гитлер выбрал именно это направление в качестве основного. Группа армий, созданная для наступления на Кавказ, получила код «A».

В задачу группы «A» входило: окружить и уничтожить южнее и юго-восточнее Ростова-на-Дону войска Южного фронта, отошедшие за реку Дон, и овладеть Северным Кавказом; затем предполагалось обойти Большой Кавказ одной группой с запада, захватив Новороссийск и Туапсе, а другой группой — с востока, овладев нефтеносными районами Грозного и Баку.

Одновременно с обходным манёвром намечалось преодоление Водораздельного хребта в его центральной части по перевалам и выход в Грузию. После предполагаемой победы под Сталинградом, подготовка плацдарма для ведения боевых действий против Великобритании на Ближнем Востоке.

Немецкое командование принимало во внимание, что многие терские казаки, казачье население Кубани и горское население Северного Кавказа враждебно относились к советской власти. В Чечне антисоветские мятежи начались ещё с февраля 1940 года под руководством Хасана Исраилова и активизировались после поражений Красной Армии в 1941—1942 гг. В дальнейшем предположения немцев подтвердились — на Кавказе было сформировано несколько казачьих и горских соединений, воевавших на стороне немцев.

По мнению некоторых историков, разделение стратегических направлений в условиях ограниченных военных сил было ошибочным и привело к распылению немецких войск, в конечном счёте, к провалу как Сталинградского, так и Кавказского плана наступлений.


Серия статей, посвященная сражениям за Кавказ во время Великой отечественной войны (1941-1945):

Еще по теме:

Битва за Кавказ. Немецкий флаг над Эльбрусом

Серия статей, посвященная сражениям за Кавказ во время Великой отечественной войны (1941-1945):

Перегруппировав силы, противник пытался достичь успеха в районах Новороссийска, Малгобека и на перевалах Главного Кавказского хребта. Развернувшиеся здесь напряженные оборонительные сражения советских войск продолжались до ноября 1942 года.

На сооружение оборонительных рубежей по основным направлениям предстоящих ударов противника были брошены значительные силы: на Закавказском фронте количество инженерных войск увеличилось в 6-7 раз по сравнению с началом августа, кроме того, на сооружение укреплений было мобилизовано и местное население. Из резерва Ставки также были выделены значительные силы. К середине августа 1942 года войска Закавказского фронта перегруппировали свои силы и организовали оборону Кавказа с севера. Была создана вторая линия обороны по рекам Терек и Урух, на перевалах Главного Кавказского хребта. Особое внимание уделялось прикрытию бакинского направления и подступов к Грозному.

На этом этапе операции по плану «Эдельвейс» немецко-фашистское командование намеревалось захватить Закавказье, обойдя Главный Кавказский хребет с запада и востока и одновременно преодолев его с севера через перевалы, и таким образом выйти к границе с Турцией и Ираном. Хотя эти страны и не были формально на стороне гитлеровской коалиции, но в 1942 году существовала реальная угроза того, что турецкие войска вторгнутся на территорию Кавказа при успешном наступлении немецких частей. Да и в Иране Рейх, как мог, поддерживал и нагнетал антисоветские настроения. Дополнительно немцы приложили немало усилий для того, чтобы посеять раздор среди кавказских народностей в регионе, сыграть на сепаратистских настроениях.

Противник начал наступление на Кавказ сразу в трех направлениях:
1) на Новороссийск;
2) вдоль черноморского побережья в направлении Анапа — Поти — Батуми;
3) через Главный Кавказский хребет на Сухуми, Кутаиси, Грозный и Баку. Таким образом, боевые действия переместились с равнин Дона и Кубани в предгорья Кавказа.

В первой половине августа немецкие войска продвинулись в регион Кавказских Минеральных Вод. 11 августа противник занял Черкесск и установил контроль над находящимся там мостом через реку Кубань. Не встречая сильного сопротивления, враг устремился к перевалам центральной части Главного Кавказского хребта и вскоре передовые немецкие отряды были уже у подножья гор. Путь на перевалы от Санчаро до Эльбруса оказался открытым.

14 августа передовые части немецкого 49-го горнострелкового корпуса горнострелковой дивизии «Эдельвейс» вступили в бои с малочисленными подразделениями 46-й армии, прикрывавшими перевалы в центральной и западной части Главного Кавказского хребта. Германские альпийские стрелки были набраны из лучших альпинистов и лыжников, имели специальное горное снаряжение и вооружение, теплое обмундирование, вьючный транспорт — мулов. Они могли быстро передвигаться в горах, подниматься на ледники и снежные перевалы, в то время как у наших бойцов далеко не всегда было необходимое снаряжение и вооружение, кроме того, многие из них оказались в горах впервые. Защита перевалов оказалась непростой задачей. Далеко не все офицеры знали особенности ведения боевых действий в горах.

Вот как вспоминал о начале боев за перевалы участник тех событий А.П.Иванченко: «Пятнадцатого августа полк получил приказ выступать. Поздно вечером мы прошли мимо села Захаровки и остановились на ночлег в долине с редким кустарником. Это был последний наш отдых, а затем двое суток готовились к боям: получали боеприпасы, лошадей, ишаков, вьючные седла для них. Получили сухой паек — по нескольку килограммов сухарей, по 800 граммов селедки и 300 граммов сахара на человека. Нам сказали, что это на десять суток. Уже через несколько суток припасы кончились, и каждый питался тем, что находил в лесу и на полянах.

Но еще хуже пришлось нам, когда взошли на лед. Дышать тяжело — воздух разреженный, холодно, голодно. Ноги у всех потертые. Английских хваленых ботинок с толстыми подошвами едва хватило на этот переход: кожа подошв была гнилой, как пробка, и разваливалась на глазах. Многие из нас остались в одних портянках, так как снабжение в те первые дни еще не было налажено.

Перевал встретил нас сурово. Темно, кругом голые камни, костры не развести, нет и еды. Шинели и пилотки уже не грели. Выставили караул и стали коротать время до утра. На другой день нам повезло: какой-то чабан из местных жителей, фамилии его сейчас не помню, пригнал к нам отару овец, которую ему чудом удалось спасти от немцев. Он сказал, что при этом погибли три его товарища.

Нам выдали по килограмму или полтора баранины. Варить или жарить было негде, ели сырое мясо. Утром первого сентября мы пошли за перевал».

К 15 августа отдельные немецкие подразделения уже захватили перевалы и базы около Эльбруса, дальнейшей их целью было Баксанское ущелье, по которому отступали наши части, и через которое можно было выйти в советский тыл.

Западнее Эльбруса из-за плохо организованной обороны 17 августа немцами был занят Клухорский перевал, о чем в штабе 46-й армии стало известно лишь на третий день. В конце августа 1942 года для организации обороны перевалов из Москвы в Тбилиси прибыл Л.П.Берия. Оценив обстановку и сместив проштрафившихся офицеров, он создал оперативную группу войск НКВД, руководство которой поручил генералу Петрову. На основных направлениях наступления врага были размещены стрелковые дивизии внутренних войск НКВД. Для укомплектования армейских подразделений бойцами, способными ориентироваться в сложной горной обстановке, со всей страны стали присылать на Закавказский фронт альпинистов и лыжников. Однако войска все еще испытывали большие трудности с подвозом боеприпасов, продовольствия и снаряжения. Для достижения каких-либо результатов требовалось время.

В ночь на 17 августа отряд немецких военных альпинистов отправился с перевала Хотю-тау на склоны Эльбруса к «Приюту Одиннадцати» и к метеорологической станции. Оттуда 21 августа группа немецких альпийских стрелков под командованием капитана Грота совершила восхождение к Эльбрусу и водрузила на обоих его вершинах флаг дивизии. Однако вместо благодарности немецкие альпинисты получили взыскание. Дело в том, что Гитлер хотел видеть на высочайшей вершине Европы флаг со свастикой. Им ничего другого не оставалось, как подняться еще раз на высоту 5 642 метра и поставить нужный флаг.

Это достижение министерство пропаганды представило как знак неминуемого покорения Кавказа. Вершину горы предполагалось назвать «Пик Гитлера».

Немецкие газеты писали: «На высшей точке Европы, вершине Эльбрус, развевается германский флаг, скоро он появится и на Казбеке. Покоренный Эльбрус венчает конец павшего Кавказа».

Чуть западнее другие подразделения немецкого 49-го горнострелкового корпуса к тому времени уже вели бои с советскими войсками на южных склонах Клухорского перевала. К концу месяца противник вышел к северным склонам Марухского перевала, захватил Умпоргский перевал. Тяжелые кровопролитные бои велись на Санчарском перевале. 5 сентября 1942 года гитлеровцы внезапной атакой с трех сторон захватили Марухский перевал.

Только к концу сентября 1942 года, подтянув к перевалам значительные силы, командованию Закавказского фронта удалось стабилизировать положение. Начались позиционные горные бои, которые с переменным успехом продолжались до конца декабря 1942 года. Нашим войскам так и не удалось сбить немецких горных стрелков и егерей с перевалов. В свою очередь, у командира 49-го немецкого корпуса генерала Конрада уже не было сил, чтобы продолжить наступление и пробиться в Закавказье.
23 августа немецкие войска перешли в наступление на Моздок с целью пробиться к нефтеносным районам Грозного и Махачкалы. Этот участок должны были защищать 1-я танковая, 4-я воздушная, 37-я и 9-я армии. Беспримерную стойкость, героизм и отвагу проявили бойцы и командиры бронепоездов.

Но выставленные против неприятеля передовые отряды Красной Армии вынуждены были отойти, и враг стремительным ударом захватил Моздок и устремился к Малгобеку. Этот город был стратегически важен, как один из нефтяных промышленных районов, овладев которым немцы обеспечили бы себе плацдарм для дальнейшего наступления на Грозный, а в случае оперативной паузы Малгобек стал бы для них хорошей базой. Утром 2 сентября немцы начали форсирование Терека южнее города. Захватив небольшой плацдарм на южном берегу реки, немецкие войска в ночь на 4 сентября нанесли сильный удар, и продвинулись на 10 км южнее Моздока, выйдя к подножию Терского хребта. Здесь противник встретил сильный отпор на рубеже Ногай-Мирза — Терская и ослабил на время натиск. Относительное затишье длилось недолго: перекинув с туапсинского направления моторизованную дивизию СС «Викинг», немцы возобновили наступление.

К третьей декаде сентября бои все ближе подходили к Малгобеку. Советские подразделения ценой огромных потерь сдерживали натиск 1-й танковой армии Вермахта. Ее командующий, Пауль фон Клейст, был вынужден задействовать все свои резервы, и к концу сентября его войска оказались сильно измотаны. Кроме того, в немецких частях все более обострялась проблема снабжения их топливом.

В конце сентября разгорелась ожесточенная битва за город. Бойцы Красной Армии с большим упорством сражались за Малгобек, который 14 раз переходил из рук в руки, но все же наши армии смогли удержать этот рубеж, и враг отказался от мысли продолжить наступление на этом направлении. Кроме того, нашим войскам удалось сковать и измотать значительные силы противника и не позволить усилить ими наступавшую на Сталинград группу армий «Б». Однако установившееся затишье на восточном фасе Закавказского фронта было временным. Отказавшись от наступления на Грозный со стороны Малгобека, немецкое командование начало усиливать свою группировку на орджоникидзевском направлении.


©ncau.ru
создано на основе открытых данных в интернете

Серия статей, посвященная сражениям за Кавказ во время Великой отечественной войны (1941-1945):

Еще по теме:

Битва за Кавказ. Сражения у Черного моря

Серия статей, посвященная сражениям за Кавказ во время Великой отечественной войны (1941-1945):

Крайне неблагоприятная ситуация в августе 1942 года складывалась и на другом участке Закавказского фронта. В районе Черноморского побережья неприятельские войска также теснили наши армии. По Новороссийску удар наносили 5-й армейский и 1-й кавалерийский корпус Румынской армии. Стремясь объединить усилия войск и флота для обороны Новороссийска и Тамани, советское командование 17 августа 1942 года создало Новороссийский оборонительный район (НОР), командование которым поручалось генерал-майору Г.П.Котову и командующему Азовской военной флотилией контр-адмиралу С.Г.Горшкову.

К началу немецкого наступления строительство оборонительных рубежей на этом направлении было еще не закончено. Кроме того, наши армии сильно уступали противнику как в численности, так и в технике. 19 августа войска противника начали наступление из района Краснодара на Крымскую и на следующий день подошли к передовому рубежу Новороссийского оборонительного района. Несмотря на превосходство врага в живой силе и технике, войска 47-й армии смогли задержать натиск неприятеля почти на неделю. Получив подкрепление к концу августа, немцы с новой силой продолжили наступление. 31 августа наши армии были вынуждены оставить Анапу и отходили к Новороссийску. Немцы, фактически отрезали от основных сил советские подразделения, державшие оборону западнее Анапы, в районе Темрюка и Тамани. Для обороны Новороссийска была выделена Черноморская группа войск, поставленная в подчинение Закавказскому фронту.

Произведя перегруппировку к концу августа, немцы решили подойти к городу с северо-запада. Воспользовавшись тем, что все суда Азовской военной флотилии были задействованы в подготовке обороны Новороссийска, враг решился в ночь на 2 сентября форсировать Керченский пролив. В течение трех дней противник смог перебросить с Керченского полуострова на Таманский большую часть 46-й немецкой пехотной и 3-й румынской горной дивизий. Этот регион обороняли бойцы Керченской военно-морской базы, среди которых отважно сражался будущий герой боев за Мысхако Ц.Л.Куников. Бойцы его 305-го отдельной бригады морской пехоты смогли приостановить наступление многократно превышавшего их по численности противника, проявив чудеса смекалки. Обороняя вверенный им участок фронта протяженностью в 17 километров, бригада использовала самоходные установки собственного изобретения: грузовые машины с установленными на них четырьмя 45-мм корабельными пушками. Скрытно машины выдвигались к переднему краю, внезапно атаковали, уничтожая танки и огневые точки противника, после чего быстро меняли позицию. Однако этих сил было явно недостаточно, и к 4 сентября наши войска были отведены на последние рубежи обороны Таманского полуострова и частично эвакуированы в Новороссийск.

Тем временем противник подтянул к городу 5 своих дивизий. Уже 9 сентября немцы ворвались на западную окраину города. Стоит отдать должное подразделениям морской пехоты, которые до последнего обороняли этот рубеж, ведя ожесточенные бои за каждый дом. Но, израсходовав весь боезапас и понеся большие потери, измотанные боями солдаты не могли более сдерживать натиск неприятеля. Овладев Новороссийском, гитлеровские войска не смогли воспользоваться результатами своего успеха. Восточная часть Цемесской бухты по-прежнему была в руках Красной Армии. Город и порт хорошо просматривались с рубежей, на которые отошли наши бойцы, и находились в зоне поражения артиллерийского огня, авиации и кораблей. Не удалось немцам уничтожить и нашу военно-морскую базу, которую успели эвакуировать в Геленджик.

С утратой города битва за Новороссийск не была закончена. Перегруппировав свои силы, гитлеровское командование создало две ударные группировки: группу «Новороссийск» и «группу Туапсе». 19 сентября «группа Новороссийск» начала наступление из района Абинской на Геленджик. Ее целью было отрезать и уничтожить наши силы, находившиеся под Новороссийском, и обеспечить себе возможность беспрепятственно двигаться на Туапсе. С 19 по 29 сентября наши подразделения вели ожесточенные бои, в результате которых противник был отброшен, а советские части улучшили свое положение, продвинувшись до 15 км к Новороссийску. Потери противника за эти 10 дней составили до 10 000 убитыми, ранеными и пленными. 29 сентября враг перешел на новороссийском направлении к обороне.

Не сумев прорваться к Туапсе со стороны Новороссийска, гитлеровское командование решило пробиться туда с севера. Усилив 17-ю армию, немецкие войска в составе 57-го танкового и 44-го корпусов со второй половины сентября готовились к наступлению на Шаумян. По плану командующего 17-й армией Руоффа, его войска сходящимися ударами со стороны Нефтегорска и Горячего Ключа должны были окружить основные силы советской 18-й армии. Советское командование уделяло большое значение туапсинскому направлению. Прорвавшись к Туапсе, гитлеровским войскам открывались прекрасные возможности для окружения наших 47-й и 56-й армий Черноморской группы войск. Этим они сократили бы свой фронт примерно на 200 км, что позволило бы немецкому командованию высвободить до десяти дивизий и использовать их для удара вдоль Черноморского побережья. Противник мог бы захватить Цемесскую бухту, порты Геленджик и Туапсе, единственную сухопутную коммуникацию шоссе Новороссийск-Сочи, вдоль Черноморского побережья проникнуть в Закавказье, овладеть нашими последними военно-морскими базами на Черном море и в дальнейшем развернуть наступление на Кутаиси и Тбилиси.

24 сентября 1942 года, в 9 часов 50 минут, гитлеровцы провели разведку боем и после двух часов боев отошли на исходные позиции. На следующий день враг перешел в наступление из района Хадыженской на Шаумян. На этом участке сдерживала натиск противника 32-я гвардейская стрелковая дивизия 18-й армии. Когда в этом направлении немецкие войска не смогли углубиться в нашу оборону, германским командованием было решено сменить направление удара восточнее и силами дивизионной группы Ланца выйти в тыл 18-й армии. К 5 октября месяца немцам удалось прорвать нашу оборону в нескольких местах, продвинуться вглубь нашей обороны и завладеть горами Оплепен, Гунай, Гейман, выйдя в долину реки Гунайка. Над Туапсе нависла реальная угроза захвата.

Предпринятые подразделениями 18-й армии контрудары на своем правом фланге в конце концов охладили пыл немцев, и до середины октября на этом участке наступила оперативная пауза. 14 октября противник возобновил наступление и двумя сходящимися ударами попытался окружить основную группировку 18-й армии. На следующий день бои велись уже на окраинах Шаумяна, а 17 октября, захватив город, сражения завязались за Елисаветпольский перевал, который был оставлен нашими войсками 19 октября. Положение на туапсинском направлении становилось все напряженнее. Выяснилось, что в штабе 18-й армии потеряли связь с левым флангом и даже не знали о том, что Шаумян оставлен. Новым командармом был назначен А.А.Гречко, который должен был в кратчайшие сроки остановить наступление противника и отбросить его.

Тем временем противник продолжал теснить наши подразделения. 21 октября вражеские войска захватили Гойтх, 22-23 октября немцы вышли к горам Семашхо и перерезали единственную рокадную дорогу (железная дорога, проходящая вдоль линии фронта), нарушив управление армией и ее снабжение. Передовые гитлеровские части вышли к долине реки Туапсинка.До Туапсе оставалось чуть больше 30 км.

Исходя из создавшегося положения, командование 18-й армии приняло решение нанести два удара по флангам прорвавшейся группировки неприятеля. Контрнаступление наших войск началось 23 октября с началом боевых действий в полосе 353-й стрелковой дивизии генерал-майора Ф.С.Колчука. Через день пришла в движение 383-я стрелковая дивизия генерал-майора К.И.Провалова. Благодаря героическим действиям бойцов этих подразделений силы противника удалось потеснить, у немцев были отвоеваны гора Семашхо и Перевальный. Ожесточенные схватки продолжались до 3 ноября, но в связи с ухудшением погоды атаки были прекращены и до 26 ноября фронт стабилизировался. В кольце оказалось до 5 вражеских полков, и ближайшей целью 18-й армии стала ликвидация данной группировки противника как последней угрозы на туапсинском направлении. Осуществив перегруппировку войск, 26 ноября войска А.А.Гречко возобновили боевые действия с двух направлений. Несмотря на сложную для наступления местность и частые туманы, сокращавшие видимость до 10-20 метров, советские бойцы упорно двигались вперед. К 17 декабря группировка противника была уничтожена, а немногочисленные прорвавшиеся из окружения подразделения были отброшены за реку Пшиш.

На этом Туапсинская оборонительная операция завершилась. После трех неудачных наступлений, понеся серьезные потери, противник перешел к обороне, так и не добившись своих целей.


©ncau.ru
создано на основе открытых данных в интернете

Серия статей, посвященная сражениям за Кавказ во время Великой отечественной войны (1941-1945):

Еще по теме:

Переломный момент, значение и итоги битвы за Кавказ

Серия статей, посвященная сражениям за Кавказ во время Великой отечественной войны (1941-1945):

Сложная обстановка сложилась осенью 1942 года в районе Нальчика и Моздока. Враг подошел очень близко к нефтеносным районам Грозного. Несмотря на то, что немецкое командование уже сменило планы и решило ударить по Орджоникидзе со стороны Нальчика, командование Северной группой войск Закавказского фронта разработало план наступления на моздокско-малгобекском направлении. По замыслам, оно должно было начаться 3 ноября. Это направление было выбрано неслучайно. Наши войска с переменным успехом весь октябрь вели бои на участке 44-й армии, отвлекая внимание противника от планировавшегося наступления на моздокско-малгобекском направлении. Кроме того, между действовавшими в Закавказье и наступающими на сталинградском направлении немецкими частями образовался большой разрыв. По сути, левый фланг немецкой 1-й танковой армии был открыт. Именно туда и планировалось нанести удар, чтобы выйти во вражеский тыл.

Однако, реализуя данные планы, командование Северной группой войск оставляло против нальчикской группировки противника слабую 37-ю армию. Несмотря на указания командующего фронтом усилить оборону на этом рубеже, никаких мер принято не было. Гитлеровцы не стали дожидаться нашего наступления и 25 октября нанесли мощный авиаудар по штабу и войскам 37-й армии, в результате чего штаб потерял связь с войсками. Утром того же дня немецко-румынские войска перешли в наступление. Теснимые многократно превосходящими силами врага 295-я и 392-я стрелковые дивизии отступали. Спустя 3 дня Нальчик оказался в руках у противника. Юго-западнее города подразделения 37-й армии, лишившейся командования, отступали к предгорьям Главного Кавказского хребта.

Узнав о положении наших войск на нальчикском направлении, командующий фронтом Тюленев в спешном порядке перебросил туда стрелковые, артиллерийские и танковые подразделения. Темпы наступления противника замедлились, однако уже утром 2 ноября немецкие танки прорвали внешний обвод Орджоникидзевского укрепленного района и передовыми частями вышли к пригороду. Однако мощный отпор советских войск и угроза удара по флангу и тылу 1-й немецкой танковой армии в районе села Гизель заставили гитлеровское командование прекратить наступление на Орджоникидзе. 6 ноября силы Красной Армии предприняли контрудар и практически замкнули кольцо вокруг германской группировки. Кровопролитные бои развернулись в районе Суарского ущелья, по которому противник не только мог подтянуть свежие силы для поддержки окруженных частей, но и нарушить наше снабжение по Военно-Грузинской дороге. Но коридор в 3 км был слишком узким, поэтому немцы попытались его расширить, завязав сражение в районе горного селения Майрамадаг, которое обороняли морские пехотинцы. Соотношение сил было в пользу противника. Против одного нашего солдата было 10 немецких. Но проникнуть в ущелье и занять Майрамадаг гитлеровцам так и не удалось.

Вопреки указаниям командования Закавказского фронта и Северной группы войск, коридор заблокирован не был, и немцы смогли вывести из окружения большую часть своих войск и занять более удачные рубежи обороны. 11 ноября бойцы нашей 9-й армии выбили остатки вражеских частей из Гизели и оттеснили гитлеровцев на западный берег реки Фиаг-Дон. После этого наступление советских подразделений было остановлено и после нескольких неудачных атак с нашей стороны 4 декабря фронт стабилизировался. Итоги этой операции оказались крайне противоречивыми. С одной стороны, врагу не удалось пробиться к Грозному, но в то же время линия фронта на этом участке сдвинулась на восток. Наши войска потеряли Нальчик, при этом не раз возникала реальная угроза прорыва советской обороны.

На этих рубежах завершился оборонительный этап битвы за Кавказ. Относительное затишье длилось до начала 1943 года. К тому времени обстановка резко изменилась не в пользу немецких сил. Сумев одержать победу под Сталинградом, и тем самым исключив возможность вступления Турции в войну на стороне Рейха, советские войска смогли перейти к наступательным действиям и на северном Кавказе. Благоприятным фактором для нашего контрудара являлось и то, что разорванный надвое немецкий южный фронт остался без ресурсов Закавказья. Кроме того, войска Вермахта были измотаны бесконечными переходами и связаны локальными боями.

По замыслу Ставки в ходе наступления предполагалось согласованными ударами с северо-востока войск Южного фронта и с юго-востока войск Закавказского и Северо-Кавказского фронтов расчленить и разгромить главные силы группы армий «А», не допустив их отхода с Северного Кавказа. Одновременно удар должен быть нанесен и с «Малой Земли». Для лучшей координации войска Северо-Кавказского и Закавказского фронтов были сведены в две группы: Черноморскую и Серверную. Нашим войскам противостояла группа армий «А», усиленная оперативной группой «Холлидт» и 4-й танковой армией. Предстоящей кампании было присвоено кодовое имя «Дон», а общая координация возложена на маршала Советского Союза А.М.Василевского.

В ночь на 1 января 1943 года немецкие войска, опасаясь котла, начали отвод войск из района Моздока. Тогда же их преследование начали войска Северной группы. Эту дату принято считать началом Северо-Кавказской наступательной операции. Немцы отходили умело, на заранее подготовленные рубежи, прикрываясь сильными арьергардами. Первые 3 дня все попытки наших войск разрезать группировку противника успехом не увенчались. Сталин и Ставка в целом отлично понимали, чем это может грозить в будущем.

4 января лично Верховным главнокомандующим была издана директива, прямо указывающая на допущенные просчеты: «Первое. Противник отходит с Северного Кавказа, сжигая склады и взрывая дороги. Северная группа Масленникова превращается в резервную группу, имеющую задачу легкого преследования противника. Нам невыгодно выталкивать противника с Северного Кавказа. Нам выгоднее задержать его с тем, чтобы ударом со стороны Черноморской группы осуществить его окружение. В силу этого центр тяжести операций Закавказского фронта перемещается в район Черноморской группы, чего не понимают ни Масленников, ни Петров.

Второе. Немедленно погрузите 3-й стрелковый корпус из района Северной группы и ускоренным темпом двигайте в район Черноморской группы. Масленников может пустить в дело 58-ю армию, которая болтается у него в резерве и которая в обстановке нашего успешного наступления могла бы принести большую пользу. Первая задача Черноморской группы — выйти на Тихорецкую и помешать таким образом противнику вывезти свою технику на запад. В этом деле Вам будет помогать 51-я армия и, возможно, 28-я армия. Вторая и главная задача Ваша состоит в том, чтобы выделить мощную колонну войск из состава Черноморской группы, занять Батайск и Азов, влезть в Ростов с востока и закупорить таким образом северокавказскую группу противника с целью взять ее в плен или уничтожить. В этом деле Вам будет помогать левый фланг Южного фронта — Еременко, который имеет задачей выйти севернее Ростова.

Третье. Прикажите Петрову, чтобы он начал свое наступление в срок, не оттягивая этого дела ни на час, не дожидаясь подхода всех резервов. Петров все время оборонялся, и у него нет большого опыта по наступлению. Растолкуйте ему, что он должен дорожить каждым днем, каждым часом». Как видно из директивы, на данном этапе управление операцией Сталин взял на себя. Хотя к 6 января 1943 года были освобождены Малгобек, Моздок и Нальчик, коренного перелома не произошло. Немецкие силы по-прежнему спокойно отходили, а пробить гитлеровские арьергарды советским войскам не удавалось. Но были и положительные моменты: командиры перестали бояться брать на себя инициативу. В частях создавались конные и механизированные группы, которые, обходя опорные пункты противника, наносили удары по основной группировке, но без серьезной поддержки артиллерии этого было мало.

8 января противник отошел на заранее подготовленный рубеж по реке Куме. Спустя 2 дня туда же вышли и наши основные силы. Брошенные вперед авангарды смогли обогнать немецкую группировку и освободить Кисловодск, лишив таким образом немецкое командование возможности следовать по намеченному им плану и попытаться закрепиться по реке Куме. Командование Вермахта начало планировать отвод войск за реки Кубань и Дон. Продолжая преследование советские войска к 15 января 1943 года освободили Буденновск, Георгиевск, Кисловодск, Пятигорск, Ессентуки. Но дальше наступление затормозилось. Заняв оборону по рекам Калауси и Черкесск, немецкие войска оказали упорное сопротивление. Одновременно армии Южного фронта продвигались в район севернее Ростова-на-Дону.

17 января гитлеровцы возобновили отступление в надежде сохранить войска. Несмотря на обстоятельства, Гитлер не оставил планов захватить Кавказ, считая действия тактическим отходом. Именно поэтому перед советскими войсками стояла задача не просто вытеснить противника, а полностью лишить его возможности возобновить наступательные действия. Продолжив преследование части Красной Армии освободили Черкесск и железнодорожную станцию Курсавка.

Темпы наступления несколько возросли. К 20 января был очищен от захватчиков Невинномысск, а днем спустя — Ворошиловск (Ставрополь). Столица Ставрополья была освобождена благодаря отважным действиям бойцов полковника Н.И.Селиверстова. Еще до подхода основных войск армии его отряд ворвался в город и навязал бой охранявшему город гарнизону не допустив его отход. Бойцы Селивестрова держались до прихода главных сил, после чего город был полностью очищен от гитлеровцев. Продолжая преследование советские войска к 15 января 1943 года освободили Буденновск, Георгиевск, Кисловодск, Пятигорск, Ессентуки. Но дальше наступление затормозилось. Заняв оборону по рекам Калауси и Черкесск, немецкие войска оказали упорное сопротивление.

Самое сложное положение было у Черноморской группы. Огромная протяженность фронта и практически полное отсутствие дорог сильно усложняли подготовку к наступлению. Складывающиеся обстоятельства требовали начала активных боевых действий от группы раньше намеченного Ставкой срока. По плану «Горы» Черноморская группа должна была начать наступление 12-15 января, а по факту бои на Майкопском направлении начались уже 11-го. Действуя сразу в трех направлениях и без поддержки авиации из-за сложных метеоусловий, войска группы смогли прорвать оборону противника только к 23 января, но к тому моменту обстановка на Кавказе уже поменялась, и основные силы группы перекинули на Тамань и под Новороссийск. Остальная часть войск продолжила продвижение в сторону Майкопа.

Тем временем армии Северо-Кавказского фронта, освободив Ставрополь, двинулись к следующему рубежу немецкой обороны, Армавиру. Здесь немецкое командование надеялось если не остановить, то хотя бы задержать советское наступление. Но и этим планам не суждено было сбыться. Конно-механизированная группа генерала Н.Я.Кириченко, совершив бросок почти в 250 километров, обошла город и соединилась с частями Южного фронта. В тот же день завязались бои за город. 24 января 1943 года, после ожесточенных уличных боев, город был полностью очищен от противника. 29 января был освобожден Майкоп.

В то же время противник был вынужден уйти с перевалов Кавказского Горного хребта. Практически сразу был получен приказ командующего Закавказским фронтом генерала армии И.В.Тюленева сбросить немецкие флаги с горных вершин и установить там государственные флаги Советского Союза. Для выполнения этой задачи была сформирована группа альпинистов из 20 человек: А.М.Гусев (старший), Е.А.Белецкий, Н.А.Петросов, В.Д.Лубенец, Б.В.Грачев, Н.А.Гусак, Н.П.Персиянинов, Л.Г.Коротаева, Е.В.Смирнов, А.В.Багров, Л.П.Кельс, Г.В.Сулаквелидзе, Н.П.Маринец, А.И.Грязнов, А.И.Сидоренко, В.П.Кухтин, Г.В.Одноблюдов, А.А.Немчинов, Г.В.Хергиани, Б.В.Хергиани. Тремя отрядами группа двинулась в трудный путь.

А.М.Гусев впоследствии рассказывал о своем восхождении: «Это было первое массовое восхождение на эту вершину в условиях военной зимы. Мы знали, что нас подстерегало: кроме меня и заслуженного мастера спорта Николая Гусака, зимой на Эльбрус никто не восходил, нам были неизвестны расположения минных полей, а что стоило самодельное альпинистское снаряжение?! Большой груз оружия, минимум питания, неясность обстановки…». 13 февраля 1943 года группа из 6 военных альпинистов под командованием Николая Гусака сбросила немецкие флаги с западной вершины Эльбруса (5 642 м). 17 февраля 1943 года четырнадцать альпинистов второй группы под командованием Александра Гусева взошли на восточную вершину (5 621 м) и водрузили там флаг СССР.Все участники были награждены орденами и медалями. Руководители групп Гусак и Гусев — орденами Красной Звезды, остальные — медалями «За отвагу».

Успешное продвижение войск Южного фронта к Ростову вынудило командование Вермахта снимать силы с других участков, что в свою очередь позволило нашим войскам продвинуться дальше. К концу февраля фронт проходил по следующим границам. Черноморская группа смогла выйти к Краснодару, но прорвать оборону не смогла. Для взятия Ростова также требовалась перегруппировка. Северная группа вышла реке Кубань. На этих рубежах операция «Дон» была завершена. Хоть основной цели достигнуть не удалось, противник был отброшен на 500-600 километров почти по всем линиям наступления.

В результате Северо-Кавказской наступательной операции были полностью освобождены Калмыкия, Чечено-Ингушетия, Северная Осетия, Кабардино-Балкария, Ростовская область, Ставропольский край, Черкесская, Карачаевская и Адыгейская автономные области. Войскам Красной Армии удалось вернуть нефтяные промыслы Майкопа, а также важнейшие сельскохозяйственные районы страны. 1 мая 1944 года Президиумом Верховного Совета СССР была учреждена медаль «За оборону Кавказа», на аверсе которой было помещено изображение Эльбруса, как символа освобожденного Кавказа.

Значение и итоги битвы за Кавказ

Успехи Советского Союза в битве за Кавказ можно считать одной из важнейших частей общего контрнаступления СССР во второй период войны. В это время советская армия не только начала отвоевывать обратно свои территории и возвращать пленённых людей, но также сильно увеличила свою боевую мощь и могла на равных вступать в битвы с немецкой армией. Возвращение в ведение СССР такой важной стратегической точки как Кавказ можно считать, как одну из величайших побед СССР в Великой Отечественной войне.

К сожалению, были у битвы за Кавказ и негативные последствия. Часть населения была обвинена в содействии противнику и многие из местных жителей были позднее сосланы в Сибирь.

С победы под Сталинградом и битвы на Кавказе началось победоносное шествие Советского Союза во Второй Мировой войне.


©ncau.ru
создано на основе открытых данных в интернете

Серия статей, посвященная сражениям за Кавказ во время Великой отечественной войны (1941-1945):

Еще по теме:

Возвращение депортированных народов Северного Кавказа

Статья состоит из 2 частей:

Депортации народов на Северном Кавказе2
Открыть в полном размере

За послевоенное десятилетие в пределы упраздненных автономий и других депортационных районов были переселены десятки тысяч человек. Проводя коллективные репрессии по национальному признаку, государство внятно отделяет одну категорию народов — «наказанных», — от остальных, составляющих прочную «семью советских народов». Наказанные народы исчезают из социальной реальности и истории. Следы их присутствия изымаются из печатной и ландшафтной памяти — из энциклопедий и топонимики. Институционально определенная и идеологически обоснованная дискриминация углубляет отчуждение между народами: для одних советское государство действует как враждебная сила, для других это же государство выступает как орудие справедливого возмездия.

Позже, когда наступит время десталинизации и возвращения высланных групп домой, это отчуждение станет одной из главных линий межэтнической напряженности. Депортация серьезно осложнит и без того непростые отношения между репрессированными и переселенцами. Советское государство, вовлекая тысячи семей в хозяйственно-поселенческое освоение депортационной территории, переносит на них и свою ответственность за совершенные политические преступления, делает их заложниками будущих конфликтов.

После смерти Сталина и смещения Берии центральные партийно-государственные органы начинают пересматривать решения, принятые по депортациям различных категорий населения. В 1955–56 году снимаются ограничения в правах с этнических ссыльных. Они освобождаются из-под административного надзора органов МВД. Хотя реабилитация опирается на правовые основания, связанные с невиновностью подавляющего большинства репрессированных и незаконностью их высылки, но мотивирует ее общий политический курс советского руководства на восстановление и укрепление «социалистической законности». Реальная реабилитация, опирающаяся во многом на собственные усилия высланных групп, оказывается ограниченной комплексом конъюнктурных политических резонов и хозяйственно-экономических соображений властей различного уровня.

Первоначально реабилитация даже не предполагала возвращения ссыльных на родину (в частности, обсуждалась перспектива создания Чечено-Ингушской автономии в пределах Казахстана, фактически — в районах ссылки). Нежелание властей — как союзных, так и региональных — санкционировать возвращение немцев, связано во многом с политическим решением о невозможности восстановления поволжской автономии немцев как «исторически не принадлежащих к коренным народам». Сказалось и нежелание властей терять более 1 млн. дисциплинированного населения с развитой культурой аграрного труда в районах освоения целины.

Лишь в 1972 с немцев будут сняты ограничения в выборе места жительства. Судьба крымских татар оказалась увязана с общесоюзного значения военным и рекреационным статусом Крыма. Сдержанность союзных властей в принятии решений по возвращению кавказских групп связана с другим обстоятельством — с риском межэтнических эксцессов между ссыльными и поселенцами на Кавказе, а также с вероятной необходимостью проводить обратные переселения последних.

Однако фактически уже начавшийся отъезд чеченцев, ингушей и представителей ряда других групп из районов ссылки на родину вынуждает власти к осени 1956 года перейти к восстановлению ликвидированных автономий. 9 января 1957 года указами Президиума Верховного Совета СССР большинство из депортированных национальных групп получает разрешение вернуться на родину. Теми же правовыми актами восстанавливаются Чечено-Ингушская АССР и Калмыцкая автономия (с 1958 — АССР). Кабардинская АССР преобразуется в Кабардино-Балкарскую АССР, а Черкесская АО — в Карачаево-Черкесскую АО (что восстанавливает статус балкарцев и карачаевцев как титульных групп, обладающих своей национально-территориальной автономией).

Государство восстанавливает «наказанные» национальные группы в их статусе лояльных советских народов, предоставляет средства на обзаведение хозяйством и жильем (там, где оно было утрачено или не было возвращено). Переселенцы начинают покидать депортационные районы, переходящие в состав возрождаемых автономий. Но это восстановление автономий в 1957 не сопровождается полным возвращением административно-территориальной композиции к положению на 1943–1944 годы.

  • Карачаевская автономия восстанавливается в форме объединенной Карачаево-Черкесской АО, с включением полосы казачьих станиц от [Баталпашинской] до Преградной. Границы КЧАО в целом совпадают с внешними границами Черкесской и Карачаевской АО на 1943 год. Восстановление автономии в таком виде связано с хозяйственно-экономической интеграцией этих районов Ставрополья и расселением значительной части карачаевцев (еще до войны) вне нагорной полосы.
  • В восстанавливаемой КБАССР балкарские районы оказываются включены в более обширные районы с преобладающим кабардинским населением. Таким образом, внутреннее административное деление республики также перестает следовать этническому принципу и опирается на принципы экономического районирования.
  • Часть бывшего Курпского района (со смешанным этническим составом) остается в составе Моздокского района СОАССР.
  • При восстановлении ЧИАССР в ее состав не возвращена часть Пригородного района, входившая в пределы Чечено-Ингушетии до 1944 года. Эта часть, примыкающая к Орджоникидзе, столице СОАССР и хозяйственно связанная с городом, оставлена в составе этой республики. Сюда перемещаются осетины-переселенцы из других районов, передаваемых в ЧИАССР. Одновременно предпринимаются административные меры, ограничивающие возвращение в Пригородный район ингушского населения. В составе Северной Осетии оставлен также узкий перешеек, связывающий ее основную территорию с Моздокским районом, который после возвращения Чечено-Ингушетии Малгобекского и Назрановского районов мог оказаться анклавом.
  • В пределах восстанавливаемой Чечено-Ингушетии оставлены Наурский, Шелковской и Каргалинский районы упраздненной Грозненской области с казачьим и ногайским населением, экономически тяготеющие к Грозному — столице ЧИАССР. Ачикулакский и Каясулинский районы упраздненной Грозненской области включены в состав Ставропольского края, а Караногайский, Кизлярский и Крайновский — в состав Дагестанской АССР. Тем самым территория бывшего Кизлярского округа оказалась административно расчлененной между Дагестаном, Чечено-Ингушетией и Ставропольем.
  • Не был восстановлен Ауховский (чеченский) район Дагестанской АССР, созданный в конце 1943 года и ликвидированный вместе с депортацией чеченцев. В 1957 году власти предпочли не затевать кампании по обратному переселению лакцев и аварцев, предоставив аккинцам возможности обустройства в соседних районах Дагестана и одновременно ограничивая их возвращение в бывший Ауховский (Новолакский) район.

После 1957 года, помимо немцев и некоторых других групп, в районах высылки остается значительная часть депортированных [турок-]месхетинцев. Снятие административных препятствий в возвращении на Кавказ коснулось лишь тех из них, кто еще до депортации официально значился азербайджанцем: осенью 1957 им было предоставлено право переселиться на территорию Азербайджанской ССР. В указе союзного Верховного Совета содержится ссылка на основания для такого решения — заявление правительства Грузинской ССР об «отсутствии возможностей к размещению и устройству» месхетинцев в районах, откуда они были высланы.

Политика региональных властей, таким образом, активно включена в определение общего рисунка реабилитационной кампании 1956–57 годов. Ограниченность этой реабилитации связана с ограниченностью самой социалистической законности. Но еще более — с сохранением подхода к этническим группам как категориям различного уровня лояльности и, соответственно, как объектам политических калькуляций в стратегиях поддержания «предпочтительного» этнодемографического баланса. Этот баланс не звучит в качестве явного административного принципа, но его противоречивое использование читается как в союзной, так и региональной политике.

Власти нацелены к общей эффективной реинтеграции групп в доминирующую советскую культуру/общество, будь это включение проведено в Казахстане или на Кавказе (отсюда комбинация элементов позитивной дискриминации прежних этнических ссыльных и некоторых ограничений в их правах). Но одновременно власти стремятся сократить риски, связанные с проблемной реинтеграцией на конкретных территориях — вплоть до прямого недопущения высланных в родные села в тех случаях, где это чревато активным противостоянием с новым населением (фактически создается «черта оседлости» на местном уровне).

Несмотря на определенные сложности при возвращении репрессированных народов домой, советскому государству удается в целом сохранить стабильность и с 1960-х годов приступить к разворачиванию новой политической доктрины — строительству «единого советского народа».


©ncau.ru
создано на основе открытых данных в интернете

Статья состоит из 2 частей:

Еще по теме:

Каспийский поход Петра I. Компания 1723 года и итоги

Эта статья состоит из 3-х частей:

  1. Каспийский поход Петра I. Начало присоединения Кавказа
  2. Каспийский поход Петра I. Компания 1722 года
  3. Каспийский поход Петра I. Компания 1723 года и итоги (вы ее сейчас читаете)

Падение Исфахана привело к дальнейшей эскалации напряженности в регионе и активизации захватнической политики сопредельных держав в отношении Закавказья и Ирана. После занятия российской эскадрой во главе с полковником Шиповым Энзели и Решта весной 1723 года Петр I первостепенное значение стал придавать захвату Баку – важного стратегического пункта на побережье Каспия.

Еще находясь в Дербенте, Петр I 24 августа 1722 года посылал в Баку лейтенанта Лунина с «манифестом, приглашавшим город сдаться. Но бакинцы, подстрекаемые агентами Дауд-бека, не впустили Лунина в город и ответили, что русской помощи не желают», хотя незадолго до этого от правителей города было получено письмо, в котором говорилось, что бакинские жители готовы «по оному вашего величества указу и манифесту служить и по нашему желанию в послушании пребыть».

20 июня 1723 года российский флот под командованием генерал-майора Матюшкина вышел из Астрахани и взял курс на Баку. По прибытии Матюшкин отправил в город майора Нечаева с письмом персидского посла Измаил-бека к султану, в котором посол старался склонить султана к сдаче города. Однако бакинский султан, находившийся под влиянием Хаджи-Давуда, отказался допустить русские войска в Баку. Получив отказ, русские приступили к осаде крепости, которая продолжалась в течение семи дней.

Тем временем в самом городе султан Мухаммед-Хусейн-бек был схвачен сторонниками российской ориентации и брошен в тюрьму. Власть в городе перешла к юзбаши Дергах-Кули-беку, который затем написал письмо Матюшкину о том, что новые власти согласны сдать город. 28 июля русские батальоны вошли в Баку. Приветствуя их, власти города преподнесли Матюшкину четыре ключа от городских ворот. Заняв город, русские войска расположились в двух караван-сараях и взяли в свои руки все важные стратегические пункты.

Узнав о том, что султан держал связь с Хаджи-Давудом и собирался сдать ему город, Матюшкин приказал взять Мухаммед-Хусейн-бека под стражу. Затем султан и три его брата со всем их имуществом были отправлены в Астрахань. Правителем Баку был назначен Дергах-Кули-бек, возведенный русским командованием в чин полковника. Комендантом города стал князь Барятинский.

Занятие русскими Баку позволило им захватить почти всё каспийское побережье Восточного Кавказа. Это явилось серьёзным ударом по позициям Хаджи-Давуда. Потеря прикаспийских провинций значительно усложняла задачу воссоздания сильного и независимого государства на территории Ширвана и Лезгистана. Турки, в чьём подданстве находился в это время Хаджи-Давуд, ничем ему не помогли. Они были заняты решением своих собственных проблем.

После захвата Баку русские войска по намеченному плану овладели устьем реки Куры. Все эти территории, включая Гилянь, где уже находились русские войска, а также некоторые другие земли по побережью Каспия, были «признаны за Россией договором, заключенным в Петербурге с посланником Тахмасиба II Исмаил-беком 12 сентября 1723 года. Этот договор, все статьи которого были написаны под диктовку петербургского кабинета, фактически стал своеобразным приговором развалившемуся Сефевидскому государству.

В частности, вторая его статья устанавливала, что «…его шахово величество уступает его императорскому величеству всероссийскому в вечное владение города Дербент, Баку со всеми к ним принадлежащими и по Каспийскому морю лежащими землями и местами, також де и провинции Гилянь, Мазондрань и Астрабат,… дабы оными содержать войско, которое его императорскому величеству к его шахову величеству против его бунтовщиков в помочь посылает, и для того також де на содержание онаго войска от его шахова величества денежное вспоможение не требует».

Мирный договор, итоги каспийской кампании

Успехи русских войск во время похода и вторжение османской армии в Закавказье вынудили Персию заключить 12 сентября 1723 года в Петербурге мирный договор, по которому к России отошли Дербент, Баку, Решт, провинции Ширван, Гилян, Мазендеран и Астрабад.

От проникновения в центральные районы Закавказья Петру I пришлось отказаться, так как летом 1723 года туда вторглись османы, опустошившие Грузию, Армению и западную часть современного Азербайджана. В 1724 году с Портой был заключен Константинопольский договор, по которому султан признал приобретения России в Прикаспии, а Россия — права султана на Западное Закавказье. Петербургский договор закрепил за Россией все прикаспийские области Восточного Кавказа, включая и такие важнейшие города, как Дербент и Баку.


 ©ncau.ru
создано на основе открытых данных в интернете

Эта статья состоит из 3-х частей:

  1. Каспийский поход Петра I. Начало присоединения Кавказа
  2. Каспийский поход Петра I. Компания 1722 года
  3. Каспийский поход Петра I. Компания 1723 года и итоги

Еще по теме:

Каспийский поход Петра I. Компания 1722 года

Эта статья состоит из 3-х частей:

  1. Каспийский поход Петра I. Начало присоединения Кавказа
  2. Каспийский поход Петра I. Компания 1722 года (вы ее сейчас читаете)
  3. Каспийский поход Петра I. Компания 1723 года и итоги

Подготовка к походу 1721 г

Подготовка к походу развернулась зимой 1721–1722 гг. В приволжских городах (Нижний Новгород, Тверь, Углич, Ярославль) началась спешная постройка военных и грузовых судов, и к июлю 1722 г. было построено и сосредоточено в Нижнем Новгороде до 200 островских лодок и 45 ластовых судов. В Нижний Новгород были к этому времени стянуты и необходимые для похода войска, в числе которых находились два гвардейских полка. В Персидском походе участвовало около 50 тыс. чел., в том числе 5 тыс. матросов, 22 тыс. пехотинцев, 9 тыс. конницы, а также иррегулярные войска (казаки, калмыки и др.). Летом 1722 г. русская армия во главе с Петром I вышла из Астрахани на судах, а конница отправилась пешим путем из Царицына.

Первоочередной задачей военной кампании 1722 года являлось овладение Шемахой – узловым пунктом русско-турецких прикаспийских противоречий. Немаловажное значение имели также Дербент и Баку, причем эти два города русская армия должна была занять самостоятельно, а Шемаху – при возможном содействии грузинских и армянских отрядов. Картлийский царь Вахтанг VI должен был выступить во главе этих объединенных сил (общей численностью более 40 тыс. человек) и открыть военные действия против Хаджи-Давуда, правителя Ширвана. Далее кавказские союзники должны были взять Шемаху, затем пробиться к берегам Каспийского моря и соединится с русской армией. Объединение армий должно было произойти между Дербентом и Баку.

Глубинная суть стратегического замысла Петра заключалась в том, чтобы утвердиться на западном и южном побережье Каспийского моря и совместно с грузино-армянскими войсками освободить от персидского господства Восточное Закавказье, разбив при этом повстанцев Дауд-бека и Сурхая.

Начало вторжения (1722 год)

27 июля 1722 года Пётр I высадился в Аграханском заливе и впервые вступил на дагестанскую землю. В тот же день он отправил отряд под командованием бригадира Ветерани для занятия Эндирея. Но этот отряд, попав в засаду, вынужден был отступить с большими потерями. Тогда на Эндирей с большим войском был отправлен полковник Наумов, который «бросился на Андрееву деревню, овладел ею и превратил в пепел». В отличие от эндиреевского правителя Айдемира, остальные северокумыкские владетели – аксаевский, костековский и тарковский шамхал выразили готовность быть на русской службе.

Каспийский поход Петра I. Начало присоединения Кавказа
Открыть в полном размере

Позже русские войска вступили в небольшое Утамышское владение, расположенное недалеко от Дербента. Там они подверглись атаке 10-тысячной армиии под предводительством местного правителя Султана-Махмуда. После непродолжительного боя с русскими нападавшие были обращены в бегство, а их селение предано огню. Покончив с восстанием устамышей, царь Петр направился к Дербенту. 23 августа русские войска без боя заняли этот город. Городом в тот момент управлял наиб Имам-Кули-бек, который встретил русское войско как освободителей: «за версту от города; наиб пал на колена и поднес Петру два серебряных ключа от городских ворот».

Заметим, что такой радушный прием Петру I был оказан не всеми дербентцами, а только шиитской частью населения города, которая, будучи опорой сефевидского господства в регионе, занимала привилегированное положение. К моменту появления русских войск Дербент уже несколько лет находился в осадном положении. Повстанцы во главе с Хаджи-Давудом постоянно угрожали городу, намереваясь очистить его от оккупационных персидско-кызылбашских властей. За мирную сдачу крепости Имам-Кули-бек был назначен Петром I правителем города, пожалован чином генерал-майора и постоянным годовым жалованием.

30 августа русские войска подошли к реке Рубас и заложили в непосредственной близости от табасаранской территории крепость, рассчитанную на гарнизон в 600 человек. Под властью русского царя оказались многие селения табасаранцев и кюринских лезгин. В течение нескольких дней все окрестности Дербента и Мускура, лежащие между речками Ялама и Бельбеле также перешли под власть Российской империи. Таким образом, за относительно небольшой промежуток времени Россия подчинила себе значительную часть прикаспийских земель от устья Сулака до Мюшкюра.

Реакция Хаджи-Давуда и других феодальных владетелей Дагестана на появление и действия русских войск на Восточном Кавказе была самой разной. Сам Хаджи-Давуд, зная, что он был назван Петром I главным «бунтовщиком», для наказания которого он и предпринимал свой поход, стал усиленно готовиться к обороне своих владений. Его же союзники Сурхай и Ахмед-хан заняли выжидательную позицию, пытаясь отсидеться в своих владениях. Хаджи-Давуд понимал, что он не сможет в одиночку устоять перед Россией, поэтому одновременно он осуществлял попытки наладить отношения с турками – главными соперниками России на Кавказе. В планы Петра I входило присоединение не только прикаспийского Дагестана, но и почти всего Закавказья. Поэтому русская армия, овладев Дербентом, готовилась к дальнейшему продвижению на юг.

На этом кампания 1722 г. фактически завершилась. Ее продолжению помешали осенние штормы на Каспии, осложнившие доставку морем продовольствия. От течи в судах частично испортились запасы муки, что поставило русскую армию в затруднительное положение. Тогда Петр оставил в Дербенте гарнизон под командованием полковника Юнкера, а сам с войсками двинулся пешим путем обратно в Россию. По дороге у реки Сулак царь заложил новую крепость Святой Крест для прикрытия российской границы. Оттуда Петр отправился в Астрахань морским путем. Дальнейшими военными действиями на Каспии руководил генерал Матюшкин.

В сентябре Вахтанг VI c войском вступил в Карабах, там он вёл боевые действия против восставших лезгин. После захвата Гянджи к грузинам присоединились армянские войска с католикосом Исаей во главе. Под Гянджой в ожидании Петра грузино-армянское войско простояло два месяца, однако, узнав об уходе русского войска с Кавказа, Вахтанг и Исайя возвратились с войсками в свои владения. В некоторых крепостях, в частности в Дербенте, на Рубасе и Дарбахе были оставлены гарнизоны русских войск. После ухода основных сил русской армии эти гарнизоны оказались в исключительно трудном положении. Хаджи-Давуд, Ахмед-хан и некоторые другие горские феодалы предпринимали постоянные нападения на эти крепости, стремясь выбить из них русские войска.

Вскоре восставшим всё-таки удалось вернуть под свой контроль все земли вокруг Дербента, что дало возможность Хаджи-Давуду и Ахмед-хану во главе объединенного войска напасть на саму Дербентскую крепость и держать её в осаде в течение недели. В Дербенте начался голод.

Вторжение русских войск на Восточный Кавказ и занятие ими прикаспийских территорий ещё более обострило и без того сложную политическую обстановку в регионе. Вмешательство России и установление контроля над этими территориями коренным образом повлияло на дальнейший ход событий в регионе и подтолкнуло Османскую империю на военное вторжение. Целью турков было вытеснение русских.

Готовясь к вторжению, турецкий султан, принял Хаджи-Давуда в османское подданство, надеясь использовать его в своих интересах. Ему давался ханский титул и власть над Ширваном, Лезгистаном и Дагестаном в качестве верховного правителя. Утверждение Хаджи-Давуда ханом Ширвана сильно задело гордого и амбициозного Сурхая. С этого момента Сурхай из главного союзника Хаджи-Давуда превращается в его ярого противника. Он делал всё, чтобы вырвать власть из рук Хаджи-Давуда и самому стать правителем Ширвана.

Сурхай предпринял несколько попыток вступить в подданство России, но русские всячески отвергали его. В конце концов, добиваясь своих личных интересов, Сурхай совершенно отклонился от первоначального курса и фактически оказался по другую сторону. Он стал вести самостоятельную войну против Хаджи-Давуда, совершая набеги на Ширван, Шеки и Гянджу. К концу 1722 года антисефевидская коалиция горских феодальных владетелей, образовавшаяся в своё время благодаря усилиям Хаджи-Давуда, практически распалась. Из крупных феодальных правителей лишь Али-Султан Цахурский продолжал поддерживать Хаджи-Давуда.

А между тем в самой Персии произошли события, положившие затем конец более чем 200-летнему правлению Сефевидов. 22 октября 1722 года афганцы во главе с Мир-Махмудом после шестимесячной осады захватили столицу Сефевидского государства – Исфахан. Шах Султан-Хусейн, явившись в лагерь Мир-Махмуда вместе со своими придворными, передал ему свою корону. Мир-Махмуд объявил себя шахом Ирана. Сефевидская знать присягнула ему. Вслед за Исфаханом афганцы захватили Кашан, Кум, Казвин и другие города центрального Ирана.

В северных провинциях Ирана находился в это время сын Султан-Хусейна Тахмасп, бежавший из осажденной столицы, чтобы собрать войско для борьбы с захватчиками. После падения Исфахана он также объявил себя шахом Ирана, и вокруг него стали собираться антиафгански настроенные элементы. Однако Тахмасп в силу ряда причин так и не смог набрать достаточную для борьбы с афганцами армию.


 ©ncau.ru
создано на основе открытых данных в интернете

Эта статья состоит из 3-х частей:

  1. Каспийский поход Петра I. Начало присоединения Кавказа
  2. Каспийский поход Петра I. Компания 1722 года
  3. Каспийский поход Петра I. Компания 1723 года и итоги

Еще по теме:

Вторая чеченская война

30 сентября 1999 года первые подразделения российской армии вошли на территорию Чечни. Вторая чеченская война или — официально — контртеррористическая операция — длилась почти десять лет, с 1999 по 2009 год. Ее началу предшествовали нападение боевиков Шамиля Басаева и Хаттаба на Дагестан и серия терактов в Буйнакске, Волгодонске и Москве, произошедшие с 4 по 16 сентября 1999 года.

Война в Чечне
Открыть в полном размере

Россию потрясла серия чудовищных терактов в 1999. В ночь на 4 сентября был взорван дом в военном городке Буйнакске (Дагестан). Погибли 64 и были ранены 146 человек. Само по себе это ужасное преступление не могло всколыхнуть страну, подобные прецеденты на Северном Кавказе стали уже привычным явлением за последние годы. Но дальнейшие события показали, что теперь жители ни одного российского города, включая столицу, не могут чувствовать себя в полной безопасности. Следующие взрывы прогремели уже в Москве. В ночь с 9 на 10 сентября и 13 сентября (в 5 часов утра) взлетели на воздух вместе со спящими жителями 2 многоквартирных дома, расположенных на ул. Гурьянова (погибли 109 человек, более 200 получили ранения) и на Каширском шоссе (погибло больше 124 человек). Ещё один взрыв произошёл в центре Волгодонска (Ростовская область), здесь 17 человек погибло, 310 получили ранения и травмы. Согласно официальной версии, теракты были осуществлены террористами, прошедшими подготовку в диверсионных лагерях Хаттаба на территории Чечни.

Эти события резко изменили настроения в обществе. Обыватель, столкнувшийся с невиданной доселе угрозой, готов был поддержать любые силовые действия в отношении отделившейся республики. К сожалению, мало кто обратил внимание на то, что теракты сами по себе стали показателем крупнейшего провала российских спецслужб, не сумевших их предотвратить. Кроме того, трудно полностью исключить версию и о причастности к взрывам ФСБ, особенно после таинственных событий в Рязани. Здесь вечером 22 сентября 1999 г. в подвале одного из домов были обнаружены мешки с гексогеном и детонатором. 24 сентября местными чекистами были задержаны двое подозреваемых, и выяснилось, что они – действующие сотрудники ФСБ из Москвы. Лубянка срочно объявила о «проводившихся антитеррористических учениях», а последующие попытки независимого расследования данных событий были пресечены властью.

Независимо от того, кто стоял за произошедшим массовым убийством российских граждан, Кремль использовал произошедшие события по полной программе. Теперь речь шла уже не о защите собственно российской территории на Северном Кавказе и даже не о блокаде Чечни, подкрепляемой уже начавшимися бомбардировками. Российское руководство с некоторым запозданием начало реализовывать подготовленный ещё в марте 1999 г. план очередного вторжения в «мятежную республику».

1 октября 1999 г. федеральные силы вступили на территорию республики. Северные районы (Наурский, Шелковской и Надтеречный) были заняты практически без боя. Российское руководство приняло решение не останавливаться на Тереке (как планировалось первоначально), а продолжить наступление по равнинной части Чечни. На этом этапе, во избежание крупных потерь (которые могли обрушить рейтинг ельцинского «преемника») основная ставка была сделана на использование тяжёлых вооружений, что позволяло федеральным силам избегать контактных боёв. В дополнение к этому российское командование использовало тактику переговоров с местными старейшинами и полевыми командирами. От первых добивались ухода чеченских отрядов из населённых пунктов, угрожая, в противном случае, массированными авиационными и артиллерийскими ударами. Вторым предлагали перейти на сторону России и совместно бороться с ваххабитами. Кое-где эта тактика приносила успех. Командующий группировкой «Восток» генерал Г.Трошев 12 ноября без боя занял Гудермес, второй по величине город республики, местные полевые командиры братья Ямадаевы (двое из трёх) перешли на сторону федеральных сил. А командовавший группировкой «Запад» В.Шаманов отдавал предпочтение силовым методам разрешения возникавших проблем. Так село Бамут в результате ноябрьского штурма было полностью разрушено, но райцентр Ачхой-Мартан российские подразделения заняли уже без боя.

Метод «кнута и пряника», применяемый федеральной группировкой, безотказно работал ещё по одной причине. В равнинной части республики возможности обороны для чеченской армии были крайне ограниченны. Ш.Басаев, прекрасно осознавал преимущество российской стороны в огневой мощи. В связи с этим, он отстаивал вариант отхода чеченской армии в южные горные районы республики. Здесь, федеральные силы, лишённые поддержки бронетехники и ограниченные в применении авиации, неминуемо столкнулись бы с перспективой контактных боёв, которых российское командование упорно старалось избегать. Противником данного плана был чеченский президент А.Масхадов. Продолжая призывать Кремль к мирным переговорам, он не желал в то же время сдавать столицу республики без боя. Будучи идеалистом, А.Масхадов полагал, что крупные единовременные потери при штурме Грозного вынудят российское руководство начать мирные переговоры.

В первой половине декабря федеральные силы заняли практически всю равнинную часть республики. Чеченские отряды сконцентрировались в горных районах, но довольно крупный гарнизон продолжал удерживать Грозный, который в ходе упорных и кровопролитных боев был захвачен российскими войсками в начале 2000 года. На этом активная фаза войны закончилась. Дальнейшие годы российски спецподразделения совместно с местными лояльными силами занимались зачисткой территорий Чечни и Дагестана от оставшихся банд формирований.

Проблема статуса Чеченской республики к 2003–2004гг. уходит из актуальной политической повестки: республика возвращается в политико-правовое пространство России, занимает свои позиции в качестве субъекта Российской Федерации, с избранными органами власти и процедурно одобренной республиканской Конституцией. Сомнения в правовой полноценности этих процедур вряд ли могут серьезно изменить их итоги, которые в решающей степени зависят от способности федеральных и республиканских властей обеспечить необратимость перехода Чечни к проблемам и заботам мирной жизни. Две серьезные угрозы сохраняются в рамках такого перехода: (а) неизбирательное насилие со стороны федеральных сил, вновь привязывающее симпатии чеченского населения к ячейкам/практике террористического сопротивления и усиливающее, тем самым, опасный «оккупационный эффект» — эффект отчуждения между [Россией] и [чеченцами] как «сторонами конфликта»; и (б) становление в республике закрытого авторитарного режима, легитимированного и защищенного федеральными инстанциями и отчужденного от широких слоев/территориальных или тейповых групп чеченского населения. Эти две угрозы способны культивировать в Чечне почву для возвращения массовых иллюзий и действий, связанных с отделением республики от России.

Главой республики становится перешедший на сторону России муфтий Чечни Ахмат Кадыров, погибший 9 мая 2004 года в результате теракта. Его преемником стал сын – Рамзан Кадыров.

Постепенно, с прекращением зарубежного финансирования и гибелью лидеров подполья, активность боевиков снизилась. Федеральный центр направил и направляет на помощь и восстановление мирной жизни в Чечне крупные денежные средства. В Чечне на постоянной основе дислоцируются подразделения министерства обороны и внутренних войск МВД, поддерживающие порядок в республике. Останутся ли войска МВД в Чечне после отмены КТО пока не ясно.

Оценивая сегодняшнюю ситуацию можно сказать, что борьба с сепаратизмом в Чечне успешно завершилась. Однако победу нельзя назвать окончательной. Северный Кавказ представляет собой достаточно беспокойный регион, в котором действуют различные, как местные, так и поддерживаемые из-за рубежа силы, стремящиеся раздуть пожар нового конфликта, так что до окончательной стабилизации положения в регионе еще далеко.


©ncau.ru
создано на основе открытых данных в интернете

Еще по теме:

Гамзат-бек – второй имам на Северном Кавказе

Гамзат-бек ибн Али Искандер-бек аль-Гуцали (Гамзат-бек) родился в 1789 г. в одном из самых больших селений Аваристана — Гоцатле. Он был джанка. Его отец, приближенный султана Ахмет-хана, «был уважаем среди аварцев за отвагу и деловые способности». Детские годы Гамза провел в султанском доме, где Паху-Бике, вдова Ахмет-хана, занималась его образованием. Молодым человеком Гамза предался пьяному разгулу, но встреча с Гази Магомедом перевернула его жизнь. Он стал примерным мусульманином, верным последователем Гази Магомеда, и вступил в накшбандийское братство. Когда Гази Магомед стал имамом и объявил джихад русским, Гамзат-бек пошел за ним и во всем поддерживал. Собственно говоря, включившись в 1826 г. в борьбу с русскими, он был среди тех, кто помогал Гази Магомеду организовывать антирусское движение.

Гамзат-бек

В нем Гамза занял видное положение и в 1830 г. руководил контрнаступлением в Чарталахе. В другой раз вместе с шейхом Шабаном аль-Бухунди, еще одним из руководителей движения, он отправился для переговоров в стан русских, был там арестован и несколько месяцев провел в тифлисской тюрьме. Надеясь привлечь его на свою сторону, русские отпустили Гамзу на свободу, но он снова ушел к имаму и стал его заместителем. В 1831 г. его подпись появилась, по крайней мере, на одном документе рядом с подписью Гази Магомеда.

В сражении под Йол-Сус-Тавом (2–3 июля 1832 г.) Гамзат-бек был ранен, но продолжал руководить кампанией в Чарталахе в июле-августе того же года. Во время наступления русских на Гимры Гамза был в Гоцатле. Он поспешил к Гази Магомеду с подкреплением, но не успел и лишь наблюдал издалека за штурмом русских и последним боем Гази. После гибели первого имама высшее духовенство-улама избрало Гамзат-бека на его место. Собрание уламы и избрание нового имама состоялось по инициативе шейха Мухаммеда аль-Яраги. Он же и предложил кандидатуру Гамзат-бека как преемника Гази Магомеда. Этим поспешным шагом муршид спас незавершенную программу первого имама в самый критический момент, когда гибель Гази Магомеда могла вызвать разброд и шатание. Мухаммед аль-Яраги хорошо понимал тяжесть последствий гибели духовного руководителя и постарался их предотвратить быстрым избранием нового имама.

«Поначалу власть нового имама признали только Гоцатль, Ашальты, Гимры, Тилетль и Мочох… Он приложил немало усилий, чтобы убедить жителей других мест признать его и установить соответствующий порядок. Но его власть не признавали и стали оказывать ему сопротивление».

Тогда Гамзат-бек взялся за саблю и силой подчинил себе все общества, одно селение за другим. К осени 1833 г. власть нового имама возросла настолько, что он уже мог досаждать русским. Одним из его первых шагов была попытка наладить сношения с русскими. Для этого из Гимры к ним были посланы парламентеры. Каханов «предложил Гамзат-беку лично приехать в Темир-Хан-Шуру для разговора один на один… но осторожный и недоверчивый имам (и кто его мог упрекнуть за это после событий 1830 г.) ограничился перепиской». Одно письмо было составлено в самых общих выражениях. Во втором он сообщал, что «согласен пойти на примирение с вами, если это не пойдет во вред шариату». Более того, Гамзат-бек четко заявил, что намерен упрочить шариат и ожидает, что русские не станут этому препятствовать.

Не получив на это послание ответа, Гамзат-бек попросил шамхала выступить посредником в его сношениях с русскими. Видимо, он не подозревал, что именно шамхал подговаривал русских не церемониться с новым имамом. Те и сами не слишком доверяли Гамзат-беку. Но все же Розен попросил шамхала передать имаму, «что если он действительно желает перемирия и хочет отправиться в Мекку, пусть пришлет в заложники своего сына». Имам дал согласие, но поставил условием, что шамхал, в свою очередь, отдаст ему в заложники своего сына. На это Розен в резкой форме возразил, что «слова русского офицера должно быть достаточно». На этой ноте переговоры были прерваны, и Гамзат-бек их больше не возобновлял. Вряд ли была надежда на успех этих переговоров — каждая сторона добивалась собственных, противоположных целей.

Не добившись подчинения имама таким путем, что было главной целью русских на всех переговорах, Розен стал уговаривать аварского хана арестовать имама и выдать его русским. По мнению Розена, тот мог это сделать, потому что Гоцатль (где размещалась резиденция Гамзат-бека) находился на территории Аварского ханства. Но хан не согласился, да вряд ли это было ему и по силам: положение имама было слишком высоким, к тому же его связывали крепкие узы с владетельными родами Аваристана.

Несмотря на это, русские не оставляли попыток объединить всех местных правителей, включая Аварского хана, против Гамзат-бека. Когда в октябре 1833 г. имам пошел против Гергебиля, на помощь гергебильцам выступили Тарковский шамхал, Мехтулийский хан и конфедерация Акуша. Но союзники потерпели поражение, и Гергебилю пришлось признать власть имама.

Теперь, когда подчиненные имаму земли с трех сторон окружали Аваристан, стало очевидным, что следующей его целью будет Хунзах. Неудивительно, что в этих условиях отношения между имамом и владетелями Хунзаха накалились, тем более что русские прилагали все свои силы, включая прекращение материальной помощи, чтобы хан и его мать активно выступили против имама{298}. Это противостояние зашло так далеко, что в марте 1834 г. Паху-Бике предприняла тайные шаги с целью отравить Гамзат-бека.

В конце концов в начале августа имам вступил в Аваристан и захватил Хунзах. Через две недели противники заключили соглашение, по которому Паху-Бике в качестве гарантии выполнения его условий отдала в заложники имаму двух своих сыновей. 25 августа на новые переговоры с имамом приехал третий брат заложников. Во время переговоров произошла перестрелка, в результате которой старшие братья Нусал-хан и Омар-хан, все их спутники, а также брат имама и некоторые из его спутников были убиты. В тот же день по приказу имама Паху-Бике и всех остальных женщин аварского владетельного дома убили. Оставили в живых только одну из жен Нусал-хана, которая была беременна.

Потом русские в один голос стали утверждать, что это смертоубийство было умышленно подстроено Гамзат-беком по наущению Аслан-хана, правителя Кази-кумыха и Кураха, имевшего на Паху-Бике зуб за отказ отдать ему в жены одну из своих дочерей. Эту версию против Гамзат-бека и его соратников русские использовали настолько успешно, что большое число горских племен поверили в это. Однако первые русские донесения говорят совершенно о другом. Там сообщается, что ссору двух сторон затеяли самые младшие участники. Один схватился за кинжал, другой взял пистолет, и в одно мгновение вся сцена превратилась в кровавую бойню.

Истребление дома аварских властителей, умышленное или случайное, стало переломным для правления Гамзат-бека, а может быть, и для истории всего движения, потому что с этого момента в Дагестане нарушился существовавший там баланс сил: со сцены ушла единственная в этом крае группа, способная противостоять власти имама и ее распространению на весь Нагорный Дагестан. Это событие лишило русских важного союзника в Дагестане; исчез столь важный амортизатор в отношениях с имамом, и открытая схватка с ним стала неизбежной. Наконец, в результате всего этого ускорился ход событий, потому что образовался вакуум власти, и русские окончательно вышли из себя.

Захватив Хунзах, Гамзат-бек распустил свое измученное войско по домам, к тому же у него кончились все припасы. Но уже в начале сентября он снова его собрал и двинулся на Цудахар, но его остановили воины Акуши, входившие в общий союз.

Несмотря на это, русские отнеслись к имаму как к возрастающей угрозе, особенно после того, как к нему примкнул и признал верховенство имама индирийский кумык Хаджи-Ташо, видный военачальник у чеченцев. Русские начали готовиться к военной кампании против нового имама. Но надобность в ней скоро отпала. 19 сентября Гамзат-бек был убит в Хунзахе при входе в мечеть, куда направлялся, чтобы справить пятничную полуденную службу. Убийство было вызвано скорее личными, чем политическими мотивами: руководил убийцами молочный брат Аварского хана, и его целью была кровная месть.

Трудно переоценить значение и место двух первых имамов. Первый из них, Гази Магомед, разработал практически все основы политики, практики, стратегии и тактики, которым потом следовали оба его преемника. Он, к примеру; первым применил против русских двоякую стратегию всеобщей войны горцев, с одной стороны, и ведение переговоров с позиции «беспокоящих набегов» — с другой. Он первым также увидел слабые стороны русских и показал на практике, как их использовать путем быстрых маневров и внезапных нападений, а также укреплением оборонительных позиций. И еще более важное: он показал своим преемникам, как важно удерживать в руках инициативу.

Но этим заслуги Гази Магомеда не ограничиваются. Он сознательно готовил горцев к затяжной войне, для чего «старался объединить в сплоченное целое разрозненный сырой материал… и приучить горцев к действиям ради единой цели». В своих кампаниях он приучил их к длительным походам далеко за пределы мест своей дислокации. Имам придумал остроумный способ вводить русских в заблуждение, сохраняя в тайне свои намерения и распространяя ложные слухи.

А кроме всего прочего, Гази Магомед научил чеченцев жить в лесах и выращивать кукурузу вместо пшеницы.

«Этот урок имел особо большое значение… С тех пор чеченцы стали строить свои жилища в непроходимых для войска лесах и быстро их восстанавливать после разрушений… Лес надежно укрывал людей, скот и то малое имущество, что они уносили с собой… Переход с пшеницы на кукурузу был осуществлен в целях сделать народ неуязвимым для таких репрессивных мер, как изъятие у него посевных площадей. Урожайная кукуруза… служила хорошей пищей для населения и возмещала отсутствие хлеба».«Все это делалось для того, — пишет русский автор, — чтобы сделать чеченцев бдительными, всегда готовыми к бою или отступлению, мало чувствительными к потерям… Против нас применялась хорошо продуманная схема ведения народной войны, как нельзя лучше подходящая к местным условиям и примитивному образу жизни чеченских племен».

Даже если, как утверждали некоторые исследователи, не все это было введено Гази Магомедом, или не все выходило так, как он рассчитывал, первый имам, безусловно, представляет собой весьма значительную фигуру. Менее чем за три года он решил многие из поставленных им перед собой задач. Он заложил правила игры для своих преемников и последователей, которые впоследствии мало в чем изменились.

И все же в день его смерти задуманное им было далеко от завершения. Все его действия выглядели разрозненными, и очень многое зависело от него лично: имам оставался осью, на которой вращалось все остальное. Его гибель могла означать развал всего им сделанного. Этого не случилось по двум причинам: благодаря быстрым действиям шейха Мухаммеда аль-Яраги, в результате которых новым имамом был провозглашен Гамзат-бек, а также из-за чувства вины, испытанного жителями Гимры и других хиндальских селений, не вставшими рядом со своим имамом в его последнем сражении. Подобно жителям Куфы и Басры, тяжело пережившим смерть Али и Хусайна, люди из Гимры в дальнейшем стали твердыми сторонниками нового имама.

В отличие от своего предшественника, Гамзат-бек не вызвал со стороны русских и дагестанских источников того внимания, которого он заслуживает, хотя всеми признан как «ученый и мудрец, кому не было равных в Дагестане по отваге и мужеству». Его краткое правление остается в двойной тени предшественника и преемника. Кроме того, на все правление Гамзат-бека легло позорное пятно истребления правящего рода Аваристана, куда добавила черной краски русская пропаганда, сумевшая навязать мнение о нем, как об обычном убийце.

Тем не менее его деятельность и то, что Гамзат-бек был преемником Гази Магомеда, остаются важными фактами, на которых следует особо остановиться. Второй имам не был нерешительным, и его вклад нельзя недооценивать. Конечно, трудно предположить, что Гамзат-бек оказывал серьезное влияние на действия Гази Магомеда, но совсем нетрудно догадаться, что такое влияние существовало. Как духовный руководитель, имам Гамзат-бек продолжил и углубил повсеместное введение шариата, начатое его предшественником. Нет прямых свидетельств, но можно найти множество косвенных доказательств, указывающих на то, что второй имам начал формирование административной структуры государства, находившегося в его время в зачаточном состоянии.

Деятельность Гамзат-бека послужила созданию более твердой и широкой базы, на которой мог развернуть свою деятельность его преемник. И такой преемник встал у кормила власти через несколько дней после убийства второго имама.


©ncau.ru
создано на основе открытых данных в интернете

Еще по теме: